Летом 2014 года в г. Сочи профессиональное общество онкологов-химиотерапевтов (RUSSCO) собрало специалистов в области лечения рака для подведения итогов многолетней работы по развитию и внедрению новых технологий в лечении пациентов с опухолями. На конференции были представлены наиболее интересные материалы международных специалистов.

О состоянии обследования и лечения пациентов при раке молочной железы (РМЖ) рассказал Александр Валерьевич Петровский, к.м.н., старший научный сотрудник отделения радиохирургии РОНЦ им. Н.Н. Блохина РАМН, г. Москва.

Внедрение маммографического скрининга в возрасте 50–70 лет позволяет предотвратить смерть 1 из 235 женщин. На сегодняшний день существует множество моделей, позволяющих определить риск РМЖ, но ни одна модель не была разработана для скрининга и не учитывает все факторы. Поэтому необходим поиск новых стратегий отбора и показаний к различным методам (томосинтез, МРТ, УЗИ). В США в течение почти всех двух тысячных годов примерно 25% женщин, получающих органосохраняющее лечение, вынуждены были проходить повторную операцию и ререзекцию, в связи с обнаружением у них положительных хирургических краев. Что же считается безопасными краями, насколько хирург должен отступить от границ опухоли для того, чтобы операция считалась радикальной? Для ответа на этот вопрос в США были проведены различные исследования. Monica Morrow провела большой мета-анализ, согласно результатам которого в половине случаев резекцию делают тогда, когда края были на самом деле негативны, т. е. тем женщинам, в отношении которых оперативное вмешательство не было обязательным. Для того чтобы определить оптимальный отступ от краев при резекции, были проведены исследования, заключение которых определило, что достаточным объемом лечения является так называемое отсутствие чернил на опухоли. Это принятый способ маркировки краев. Край прокрашивается красителем (синька, зеленка). О радикальности резекции свидетельствует отсутствие прокрашивания опухолевых клеток. Также было установлено, что больший отступ не снижает риск локального рецидива. Использование данного маркера позволяет значительно сократить выполнение ререзекций.

Остро стоит вопрос, насколько активной должна быть хирургия в отношении регионарных лимфатических узлов. В будущем планируется провести исследование, основной целью которого будет определение уровня выживаемости без метастазирования. Вторичной целью исследования будет подсчет количества регионарных рецидивов, общей безрецидивной выживаемости, оценка качества жизни, возможностей ультразвукового скрининга и точности биопсии.

Об уже имеющихся достижениях, открытиях и предстоящих исследованиях в области лечения немелкоклеточного рака легкого рассказал Федор Владимирович Моисеенко, врач отделения химиотерапии Санкт-Петербургского клинического научно-практического центра специализированных видов медицинской помощи.

Наибольшим достижением последнего десятилетия в лечении рака легкого является выявление мутаций и использование таргетных препаратов, позволяющих в значительной степени улучшить качество жизни пациентов, повлиять на безрецидивную выживаемость, на прогрессирование опухоли, а также увеличить общую выживаемость. Ведется большое количество работ по разработке новых препаратов, изучению новых сценариев для уже существующих препаратов, изучению новых мишеней.

В двухтысячных годах выявление активирующих мутаций в гене-рецепторе фактора роста повлекло за собой активное изучение этой области и дальнейшее разделение нозологических единиц на различные подклассы. В настоящий момент аденокарцинома легкого изучена лучше, и известно, что у определенной доли пациентов есть активирующие мутации в гене-рецепторе фактора роста и другие мутации. В 2014 г. была представлена небольшая интересная работа: был взят генетический материал опухоли железистого происхождения (аденокарциномы) у пациентов, которые никогда не курили, далее материал был подвергнут стандартной рутинной оценке с учетом всех известных маркеров при помощи клинических методов, генетический материал глубоко изучили для точного определения наличия или отсутствия молекулярных изменений. Оказалось, что у 36% имеются мутации, которые уже сейчас можно направленно блокировать существующими и зарегистрированными препаратами. При этом еще у 32% пациентов были выявлены мутации, для блокирования которых уже предложены некоторые препараты, находящиеся на разных этапах клинического изучения. Таким образом, 68% опухолей, которые считались негативными, несут в себе определенные молекулярные изменения, которые в скором будущем уже можно будет блокировать.

Доклад Ильи Станиславовича Романова, РОНЦ им. Н.Н. Блохина РАМН, г. Москва, носил название «Опухоли головы и шеи». Опухоли головы и шеи составляют около 10% от всех опухолей. Развитие лечения, появление новых препаратов в этой области происходит гораздо медленнее, чем при других видах опухолей. Одними из основных проблем опухолей головы и шеи являются лечение неоперабельных диссеминированных форм рака щитовидной железы, плоскоклеточного рака головы, шеи (рак глотки, гортани, полости рта), а в частности вопросы применения химиотерапии при данной патологии: нужна ли она, в каком виде она нужна, и как она должна использоваться в комплексной терапии при местнораспространенных опухолевых процессах. Рак носоглотки также является довольно старой проблемой: считается, что роботизированая хирургия в настоящее время является одним из самых инновационных методов лечения данной патологии, но тем не менее, после выполнения хирургической операции при раке ротоглотки все равно требуется проведение адъювантной лучевой и химиолучевой терапии. Так, в рандомизированном исследовании, проведенном в 2014 г. с участием более 100 пациентов, было установлено, что в большинстве случаев хирургическое вмешательство не является решением проблемы, позволяющим избежать облучения пациентов.

Подготовила Мария Шидловская