Нурсултан Айдарханович КОСПАНОВ

В нашем обществе сложился стереотип, что большинство хирургов – это грубые, неразговорчивые люди, у которых на все вопросы есть только один ответ: «Резать!». Возможно, у кого-то из нас есть основания так думать. Но давайте на минуту задумаемся о том, что хирурги, да и вообще все врачи, в первую очередь такие же люди. У каждого из них есть семья, дети, личная жизнь со своими проблемами и радостями, друзья и любимое хобби. Однако есть то, что радикально отличает хирурга от всех остальных. Это его профессия. Все мы чем-то заняты: кто-то работает журналистом, кто-то программистом, кто-то учит детей, кто-то изобретает кулинарные изыски. А хирург – это человек, который каждый день осознанно идет спасать чью-то жизнь. Давайте вспомним ситуации, когда кто-то из наших близких попадал на операционный стол. Разве не на хирурга мы смотрели как на Бога, с надеждой, что он сможет, что он спасет. И в этот момент не важно, разговорчивый он или нет. Мы ценим их не за слова, а за их золотые руки. Одним из таких хирургов, про которых говорят: «С золотыми руками», и является герой нашего номера Нурсултан Айдарханович КОСПАНОВ, который согласился поговорить с нами о личном, о профессиональном, да и просто о наболевшем.

Краткая биография

Нурсултан Айдарханович Коспанов – кандидат медицинских наук, сосудистый хирург высшей категории, автор более 150 научных публикаций и одной монографии, обладатель множества наград. Получил 20 патентов Республики Казахстан на изобретения.

В 1996 году с отличием окончил Актюбинский государственный медицинский институт (лечебный факультет).

1997 г. – на конкурсной основе поступил в аспирантуру отдела ангиохирургии Национального научного центра хирургии им. А. Н. Сызганова по специальности «сосудистый хирург».

2001-2007 гг. – старший научный сотрудник отдела сосудистой хирургии ННЦХ им. А. Н. Сызганова.

2007-2016 гг. – главный внештатный сосудистый хирург при МЗ РК.

2007-2016 гг. – заведующий отделом сосудистой хирургии ННЦХ им. А. Н. Сызганова.

2016 г. и по настоящее время является руководителем департамента ангиохирургии и кардиологии Центра современной медицины Mediterra.

– Нурсултан Айдарханович, выбор сосудистой хирургии был не случайным?

– Однажды придя в сосудистую хирургию, я понял, что это мое, что мне это нравится. Ключевую роль в выборе профессии сыграло то, что у меня был очень хороший учитель – Джакупов Валихан Абуевич, настоящий профессионал, который всю свою жизнь посвятил сосудистой хирургии. С 1997 года и до его кончины в 2007 году я был рядом с ним, работал под его руководством, а после, в 2007 году занял его место, став заведующим отделом ангиохирургии в Национальном научном центре хирургии им. А. Н. Сызганова и проработал в этой должности почти 9 лет.

– Не пугало то, что эта область хирургии не из легких?

– Конечно, сосудистый хирург – это нелегкая профессия. Каждая операция уникальна, требует индивидуального подхода. Часто операции бывают очень длительными, а это большая психоэмоциональная нагрузка. Сосудистая хирургия не та область, где можно быстро сделать операцию человеку, отпустить и забыть про него, как, например, в случае с аппендицитом – вырезал, выписал и забыл. И ты забыл, и пациент забыл. Бывает, что мы ведем своих пациентов месяцами и даже годами. На все это нужно терпение и у пациента, и у врача. Но когда ты видишь результат своей работы, видишь, что у тебя получается, это мощный стимул, хочется продолжать и делать еще лучше.

– Что для Вас является главной оценкой эффективности Вашей работы?

– Я думаю, что самое главное в работе врача – когда пациент тебе доверяет. Однажды ты прооперировал человека, вылечил его, и он ушел. Но, когда у него вновь случаются проблемы, он ищет именно тебя, приходит к тебе, рекомендует тебя своим родственникам, друзьям, знакомым – разве не это главное? А если пациент остался недоволен, то он вряд ли к тебе вернется.

Конечно, в любом лечении бывают осложнения, а тем более в хирургии. Самое главное, даже если случились осложнения, нельзя бросать пациента. Нужно дальше им заниматься, стараться вывести из этого состояния, одним словом, нужно сделать все, что в твоих силах. У каждого хирурга, каким бы профессионалом он ни являлся, осложнения были и будут. И будут случаться летальные исходы. И я не верю, когда хирург говорит: «В моей практике ничего такого не было». Это неправда. Случаются ситуации, которые ты не можешь предугадать заранее, и бывает, что ты уже ничем не можешь помочь.

Некоторые пациенты это хорошо понимают и возвращаются к тебе, даже несмотря на то, что раньше им пришлось нелегко. Я думаю, все дело в психологии – в тяжелой ситуации появляется некая эмоциональная связь между врачом и пациентом.

– Наверное, такие пациенты особенно запоминаются Вам? Удается в дальнейшем сохранять с ними дружеские отношения?

– Бывают ситуации и пациенты, которые запоминаются на всю жизнь. Я не могу сказать, что с кем-то из пациентов у меня сложились дружеские отношения, скорее теплые отношения пациента и врача. Многие из них при случайной встрече даже не сразу узнают меня без медицинского халата. Бывает, что пациенты возвращаются просто так, чтобы поговорить и выразить свою благодарность. Часто люди звонят, чтобы просто рассказать, что увидели какую-нибудь мою публикацию в СМИ. Иногда случайно встретишь своего пациента где-нибудь в городе, всегда здороваешься, интересуешься его здоровьем. Конечно, ты не будешь консультировать его на улице, но уделить человеку время и поинтересоваться, как у него дела, как семья… я считаю это важно. Некоторых своих пациентов я помню еще детьми, а сегодня они уже взрослые, состоявшиеся в жизни люди. Получается, что они выросли на моих глазах.

– Какие операции Вам приходится проводить чаще всего? Наверное, лидирует варикоз?

– Не только варикоз. Много операций проводится на аорте, сонных артериях, на сосудах нижних конечностей. Сегодня большое внимание со стороны государства и во всем мире уделяется профилактике инсульта. Это неудивительно. Ведь человек, который перенес инсульт и выжил, может на всю оставшуюся жизнь остаться глубоким инвалидом, а это огромные страдания и для него самого, и для его окружения. Операция на сонных артериях как раз направлена на профилактику инсульта, который в 85% случаев бывает ишемическим, т. е. возникает из-за сужения сосудов или тромбоза. А главная причина тромбоза и сужения просвета сосудов – это атеросклероз (отложение холестериновых и других жировых бляшек на стенках сосудов). Поэтому каждый человек старше 50 лет обязательно должен обследоваться и хотя бы один раз в год делать УЗИ сонных артерий. В группе риска также лица, страдающие сахарным диабетом, и курильщики.

Операция на сонных артериях по необходимости может быть открытой, когда мы просто вскрываем и чистим сосуд, или в виде стентирования, когда в артерию устанавливается стент, не дающий артерии сужаться. Почему именно сонные артерии? Потому что головной мозг питается через них.

В США ежегодно проводится около 100 000 таких операций на более 300 млн населения.  У нас операции на сонных артериях сегодня проводятся почти во всех областях Казахстана.

– А для чего проводятся операции на аорте?

– Существует очень опасное для жизни заболевание – аневризма аорты (Аневризма аорты – характерное расширение мешковидного типа, возникающее в кровеносном русле артерии.– Прим. ред.). В большинстве случаев аневризма никак себя не проявляет и обнаруживается случайно при ультразвуковом исследовании. В этом и кроется главная опасность. Если аневризма аорты не была вовремя диагностирована и произошел ее разрыв, то вероятность летального исхода чрезвычайно высока. Особенно это касается аневризмы брюшной аорты, с которой мы сталкиваемся чаще всего. Даже если разрыв брюшной аорты произошел уже во время операции, кровопотеря может быть такой сильной, что не всегда удается спасти человека. Поэтому еще раз повторюсь, что нужно регулярно проходить обследование, особенно после 50 лет, а при сахарном диабете проверять состояние сосудов необходимо каждый год.

– Сахарный диабет не является противопоказанием для проведения подобных операций?

– Нет. Просто при сахарном диабете в основном применяются эндоваскулярные операции, шунтирование, реконструктивные операции на сосудах и т. д.

– Нурсултан Айдарханович, давайте остановимся подробнее на таком заболевании, как варикозное расширение вен нижних конечностей. Насколько широко оно распространено? Правда ли, что женщины болеют им чаще мужчин?

– Варикозная болезнь распространена очень широко, и это правда, что женщины страдают ею чаще мужчин. Первоочередная причина возникновения варикозной болезни и у мужчин, и у женщин – это ее наследственная природа. У женщин варикоз часто развивается во время беременности. В этот период в женском организме происходит гормональная перестройка, повышается внутрибрюшное давление, возникает застой крови в малом тазу и нижних конечностях, что способствует развитию варикозной болезни и клапанной недостаточности глубоких вен. Также на развитие болезни может повлиять прием гормональных препаратов, в частности оральных контрацептивов. Ну и конечно, большой вклад в развитие заболевания вносит малоподвижный образ жизни.

Основными причинами развития варикозной болезни у мужчин, помимо наследственности, являются избыточная масса тела, а также высокий рост в сочетании с лишним весом. Кроме того, существует понятие «вторичный варикоз», который развивается в результате различных травм или перенесенного тромбоза глубоких вен.

– Наследственность варикозной болезни определяется половыми признаками, т. е. от мамы к дочери, от отца к сыну?

– Необязательно. Связь варикозной болезни с наследственностью по половому признаку до сих пор достоверно не установлена.

– Вы сказали, что варикозная болезнь может быть следствием тромбоза глубоких вен, а что может стать причиной тромбоза?

– Повышенная свертываемость крови, повреждение венозной стенки, снижение скорости кровотока в венах – все это способствует тромбообразованию (появлению в сосудах сгустков крови). Это так называемая триада Вирхова.

– Всегда ли варикоз можно определить визуально или бывают скрытые формы, например варикозное расширение глубоких вен?

– Варикозного расширения глубоких вен не бывает. Существует только клапанная недостаточность глубоких вен, так называемый рефлюкс, который в 98% случаев возникает на фоне перенесенного тромбоза и в 2% обусловлен врожденной аномалией сосудов. К слову, вена – это единственный сосуд, который внутри имеет клапаны, регулирующие ток крови. Что такое рефлюкс? Это обратное направление тока крови вследствие недостаточности клапанов вен. Чем он опасен? Клапанная недостаточность приводит к застою крови и повышает риск тромбообразования.

Что касается визуального определения варикоза, то расширение подкожных вен видно почти всегда. Все зависит от стадии и формы заболевания. У варикозной болезни есть много форм. Например, ретикулярная (сетчатая) форма или spider-форма (паутинообразная), которые не столько опасны, сколько доставляют косметический дискомфорт.

Визуальное определение варикозной болезни весьма субъективно. Нельзя «на глаз» решить, нужна человеку операция или нет. Сегодня «глазами» сосудистого хирурга является дуплексное сканирование сосудов – метод УЗИ-диагностики, который позволяет достоверно оценить функцию клапанов, общее состояние сосудов и т. д.

Раньше, еще до появления дуплексного ультразвукового сканирования, использовали различные пробы – жгутовые, маршевые и т. д., но все они не обладали высокой достоверностью и сегодня уже почти ушли в историю. В редких случаях применяется флебография – исследование сосудов с применением контрастного вещества. Обычно его применяют, если планируется оперативное вмешательство на более крупных сосудах, например на повздошной или нижней полой венах. Этот метод диагностики необязателен, но в некоторых случаях бывает необходим.

– Каким образом возможно остановить развитие варикозной болезни?

– В первую очередь это ограничение статических нагрузок, т. е. стараться избегать долгого стояния или сидения в одном положении. Необходимо вести активный образ жизни – бег, ходьба, аэробика и т. д. Еще один важный аспект – это борьба с лишним весом.

– Насколько эффективен при варикозной болезни прием флеботропных препаратов?

– Флеботропные препараты способны только облегчить состояние, уменьшить чувство тяжести в ногах, снять отек или избавить от судорог, но вылечить уже имеющийся варикоз и клапанную недостаточность флеботониками и флебопротекторами невозможно. Как бы ни хвалили тот или иной препарат, существует такое понятие, как уровень доказательности. Флеботропные препараты обычно назначаются только при комплексном лечении, например с применением компрессионной терапии, физиотерапии и т. д. Если у человека имеется клапанная недостаточность вен, то вылечить ее можно только хирургическими методами. Это может быть открытая хирургия, эндоваскулярная или лазерная терапия. Если бы можно было привести в норму измененные клапаны с помощью лекарств, то мы бы не проводили такое количество операций. Еще никто не изобрел «чудодейственную» таблетку от варикозной болезни.

Безусловно, есть препараты с высокой степенью доказательности, но опять же они могут только снять воспаление при тромбофлебите, повысить тонус и эластичность венозной стенки, улучшить агрегацию клеток крови, но никогда не приведут в норму расширенные вены.

– Что будет, если варикоз не лечить?

– Опасен не сам варикоз, опасны его осложнения в виде тромбоза, тромбофлебита, которые в дальнейшем могут привести к тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) – смертельно опасному  состоянию, при котором тромб, образовавшийся в венах нижних конечностей, отрывается и закупоривает легочную артерию. Также нелечение варикозной болезни часто приводит к образованию трофических язв и кровотечению.

Конечно, не каждый случай варикоза чреват осложнениями, но если есть клапанная недостаточность вен, то риск их развитий повышается многократно. А определить этот риск может только врач.

– Какой метод хирургического лечения варикозной болезни сегодня наиболее эффективен?

– Единого универсального метода не существует. Нет ни одного вида хирургического лечения варикозной болезни, который был бы удобен во всех случаях. В каждой ситуации применим свой определенный метод. Например, при ярко выраженной клапанной недостаточности и сильно расширенных венах применяется традиционная открытая хирургия. В настоящее время удалять тотально всю вену уже не принято, сегодня во всем мире широко используются короткие стриппинги – удаление только поврежденного сегмента вены и минифлебэктомия по Мюллеру – малоинвазивная операция. Также существуют лазерные методики хирургического лечения варикоза, радиочастотная абляция, склеротерапия и т. д.

– Метод хирургического лечения определяется только сосудистым хирургом?

– Да. Все зависит от диагноза, от степени венозной недостаточности. При этом учитываются возраст пациента, характер его работы, время дебюта заболевания, наличие каких-либо местных изменений. Также учитываются субъективные ощущения пациента – выраженность болезненных ощущений и т. д.

– Все операции проводятся под общей анестезией?

– Необязательно. Выбор анестезии также индивидуален. Некоторые операции можно проводить под регионарной анестезией, при которой происходит «выключение» чувствительности той или иной части тела, в частности под спинальной анестезией. Лазерные операции и радиочастотную абляцию можно проводить под тумесцентной анестезией – когда препарат вводится в пространство вокруг вены, создавая так называемую «подушку» из анестетика.

– Всегда ли операция подразумевает дальнейшую госпитализацию?

– В некоторых случаях, к примеру после лазерной операции, можно уже через 5-6 часов отпускать пациента домой. Но в любом случае нужно смотреть на свертываемость крови, на сопутствующие состояния и т. д. После открытых операций, в частности после минифлебэктомии, пациент может уйти через сутки. Обычно госпитализация не длится больше 2-3 дней.

– Существует ли риск рецидива? Велика ли вероятность, что через какое-то время после операции варикоз вернется?

– Риск рецидива есть всегда. Но в случае с венозной недостаточностью неправильно говорить о том, вернется варикоз или нет. Самая главная наша задача – не просто удалить косметический дефект, а заставить венозные клапаны полноценно работать, что означает исключить опасность развития тромбоза. Не каждая варикозно-расширенная вена опасна, но если клапан не работает, то через него легко может пройти тромб, в то время как состоятельный клапан его удержит.

– Должен ли измениться образ жизни пациента после операции? Будут ли в дальнейшем ему разрешены какие-либо нагрузки, например занятия спортом? Придется ли человеку принимать пожизненно флеботропные препараты во избежание рецидива?

– Сначала нужно дождаться полного заживления и провести контрольное обследование. Организм у всех разный, и восстановление после операции будет проходить по-разному. Спрогнозировать заранее, у кого останутся келоидные рубцы (опухолевидное разрастание грубой волокнистой соединительной ткани кожи. – Прим. ред.), а у кого нет, невозможно. Но в любом случае после полного заживления физические нагрузки разрешены и нет никакой необходимости в пожизненном применении флеботропных препаратов. Если после операции будет отек, чувство тяжести и дискомфорта в ногах, может быть назначена поддерживающая лекарственная терапия, но лишь на какое-то определенное время. О пожизненном приеме препаратов речь не идет.

– Все ли эти операции проводятся у нас в Казахстане? А в центре Mediterra?

– Почти все виды операций на сосудах сегодня проводятся в Казахстане и, в частности, в нашем центре. У нас собралась довольно сильная и профессиональная команда сосудистых хирургов. Это хорошо обученные люди, которым я доверяю.

Чтобы собрать свою команду и обучить ее всем тонкостям сосудистой хирургии, нужно много времени. Не год и не два, а несколько лет. Ситуации бывают нестандартные. Бывают сочетанные патологии, например онкология. Вообще, доктор – это человек, который учится всю жизнь, потому что в медицине постоянно происходит что-то новое.

– Стали ли наши граждане в последние годы более ответственно относиться к своему здоровью?

– Безусловно, да. Я думаю, что это связано с повышением информированности населения и самих врачей о том или ином заболевании. Врачи стали чаще направлять своих пациентов на обследование, люди стали серьезнее прислушиваться к рекомендациям.

– С какими качествами пациентов Вам как специалисту сложно смириться?

– Сложно сказать. Например, я не понимаю, как можно подойти к специалисту и сказать: «Сделайте мне операцию вот так», только потому, что увидел это где-то в интернете. Или «А что, разве это проблема – поменять сосуд?» Раньше я злился, а сейчас научился на такие вещи не реагировать. Это невежество, люди просто не понимают всей серьезности проблемы. Человек образованный, знающий никогда не позволил бы себе такого.

Еще расстраивает, когда пациент, перенесший операцию, не выполняет предписанных рекомендаций. Ему говоришь, что можно делать, что нельзя, а он не слушает. Например, говоришь: «Должен быть полный отказ от курения» – он курит, а потом опять возвращается с той же проблемой на повторную операцию. Я считаю, что ответственность за здоровье пациента должна быть солидарной. Человек в первую очередь должен сам задумываться о своем здоровье: регулярно проходить обследование, следить за уровнем холестерина, вести активный, здоровый образ жизни. Раньше в рекомендациях по лечению заболеваний сосудов нижних конечностей даже писали: «Перестань курить и больше ходи». Простая истина, но актуальная и в наши дни.

– Нурсултан Айдарханович, Вы простите за такой вопрос, но в обществе существует мнение, что хирурги в большинстве своем грубы и категоричны. Как Вы на это смотрите?

– Это неправда. Всегда легко судить со стороны. Хирурги и вообще врачи – это в первую очередь люди, а все люди разные, и нельзя ставить один штамп на всех. Есть хирурги, от которых никогда не дождешься грубости. Мы всегда переживаем за пациентов, ужасно переживаем, когда ничем не можем помочь. Сколько бы ни было в практике врача летальных исходов, привыкнуть к этому невозможно, и каждый раз ты будешь пропускать ситуацию через себя. Это тяжело.

На хирургов возложена очень большая ответственность, и мы это осознаем. Неприятно, когда, например, в СМИ начинают обвинять врача в смерти пациента, даже не разобравшись в ситуации. А ведь, возможно, он сделал все, что от него зависело.

Никто не задумывается, насколько тревожный образ жизни у хирургов. Постоянные ночные звонки. Ты еще не взял трубку, но уже понимаешь, что что-то случилось, что ситуация экстренная. И ты должен быть готов, в одну минуту собраться и выехать на вызов. Мне повезло, что семья с пониманием относится к моей работе, к бесконечным ночным вызовам и звонкам.

– Никогда не было мысли уйти из профессии?

– Нет. Мне нравится моя работа, моя команда. Ведь кроме негативных бывают и обратные ситуации, когда человек был обречен и все это понимали, но ты решил пойти до конца, взял на себя ответственность, и человек выжил. Потом он приходит к тебе, говорит слова благодарности. Об этом как-то не принято рассказывать, но ради таких моментов стоит жить и работать.

– Нурсултан Айдарханович, большое Вам спасибо за интересную беседу!

Подготовила Оксана ФИРОВА