Есть ли в современном мире люди, не знающие, что такое диабет? Пожалуй что нет. Диабет стремительно шагает по нашей планете: каждые пять секунд один человек заболевает им, каждые семь – ​умирает. По данным ВОЗ, от этой болезни во всем мире страдает уже более 400 млн человек, тогда как всего тридцать лет назад, в 1980 году, таких больных насчитывалось чуть более 30 млн. Цифры, что называется, говорят сами за себя.

Диабет (от др.-​греч. διαβαiνω – ​«перехожу», «пересекаю») – ​общее название заболеваний, сопровождающихся полиурией. Наиболее распространен сахарный диабет (СД), при котором повышен уровень глюкозы в крови. ВОЗ определяет СД как нарушение обмена веществ множественной этиологии. Для него характерна хроническая гипергликемия с нарушениями метаболизма углеводов, жиров и белков в результате нарушений секреции инсулина. По данным этой всемирной медицинской организации, к 2030 г. диабет станет седьмой из наиболее распространенных в мире причин смерти. Для Украины это звучит особенно пугающе, ведь не секрет, что более 80% смертей от диабета приходится на страны с низким и средним уровнем дохода.

Но, четко представляя себе масштабы опасности, не стоит и преждевременно впадать в уныние. Наука не стоит на месте, и последние десятилетия свидетельствуют о том, что многие разрушительные последствия самых тяжелых заболеваний могут быть совершенно устранены при помощи достижений в области медицины и фармакологии. Сегодня, при правильном подборе лекарств и следовании предписаниям врачей, длительность жизни диабетика практически сравнялась с длительностью жизни не страдающего этим заболеванием человека. Ключевую роль в лечении СД занимает контроль гликемии, который в большинстве случаев достигается с помощью использования сахаропонижающих средств и, конечно же, инсулина. Поэтому полезным будет вспомнить один из тех великих подвигов в извечной борьбе человека с болезнями, который был совершен почти сто лет назад. Речь пойдет об изобретении инсулина и его создателе, Фредерике Гранте Бантинге.

Человек

Выдающийся ученый родился 14 ноября 1891 г. в канадской провинции Онтарио, в небольшом городке Аллистон. Пятый ребенок в фермерской семье виделся родителям в качестве будущего священника, а сам Фредерик между тем увлекался футболом, любил рисовать и, несмотря на вполне приличные школьные оценки, не отличался особо примерным поведением.

Тем не менее семейные порядки тогда были не в пример строже нынешних, а потому по окончании школы в 1912 г. ­послушный сын отправился в Торонто, поступив на богословский факультет местного университета.

С каким же удивлением и, возможно, гневом узнали его родители о том, что, не прослушав и одного курса богословия, Фредерик перевелся в университетскую медицинскую школу. Оказывается, он думал о карьере врача еще со школьной скамьи, не решаясь признаться в этом. Смерть школьного товарища, умершего от СД, не только стала сильным потрясением для юного Фредерика, но и предопределила его будущее. И вот столица канадского доминиона Британской империи открыла перед пытливым юношей столь желанную возможность.

В 1916 г. Бантинг заканчивает университет Торонто, получает степень бакалавра медицины, после чего, желая послужить своей стране на продолжающейся вот уже третий год войне, отправляется в составе Канадской медицинской службы на Западный фронт в качестве военного хирурга. Надо заметить, что только настойчивые уговоры имперских вербовщиков заставили его отложить свое участие в войне на один год – ​закончив обучение, Фредерик рвался в бой еще в 1915 г. Как видим, решительности ему было не занимать.

Вместе с канадскими дивизиями, сражавшимися с немцами в составе Британских экспедиционных сил во Франции и Бельгии, Бантинг прошел ужасы многомесячной битвы при Пашендейле, огненный смерч «битвы кайзера» и чуть было не потерял правую руку после тяжелого ранения в предплечье, за несколько недель до ноябрьского перемирия 1918 г. Но даже будучи раненым, храбрый хирург продолжал оказывать первую помощь находящимся рядом с ним солдатам…

К счастью, его коллеги – армейские врачи помогли ему избежать ампутации, а долгое лечение в лондонском госпитале позволило молодому врачу отойти от практики военных лет и задуматься над проблемами медицины в целом – ​в эти дни прикованный к койке Бантинг прочел очень много книг по медицине.

Награжденный за свое мужество Военным крестом (одна из наград Британской империи), Бантинг возвращается в 1919 г. в Канаду и два года работает хирургом в детской больнице Торонто. Последовавшая затем попытка открыть свою частную практику терпит неудачу – ​горожане не слишком спешат к «слишком молодому» врачу. Бантинг находит выход своей энергии в научной деятельности: в качестве ассистента профессора он с 1920 по 1921 год преподает ортопедию в Университете Западного Онтарио, в небольшом провинциальном городке с ­громким названием Лондон, а также дает лекции по фармакологии в Университете Торонто. За свои труды в 1922 г. Бантинг был удостоен степени доктора медицины, а также награжден золотой медалью, но мало кто мог предположить, что скромный канадский хирург сумеет вписать золотыми буквами свое имя в историю медицины.

Ученый

Еще в октябре 1920 г. Бантингу попалась на глаза публикация об атрофии экзокринных клеток поджелудочной железы при блокаде ее выводного протока.

Размышляя над этой проблемой, Бантинг столкнулся со статьей в медицинском журнале, написанной Мозесом Барроном, в которой говорилось о перевязке протоков поджелудочной железы и связанном с этим разрушении трипсин-продуцирующих клеток – ​при этом, однако, клетки Лангерганса оставались неповрежденными. Он задумался: а что если таким образом получить препарат клеток Лангерганса и выделить из него инсулин? Прежние попытки неизменно проваливались из-за того, что инсулин легко разрушался пищеварительными ферментами.

Со своими соображениями о разработке нового лекарственного препарата наш герой отправился к ведущему специалисту по диабету Университета Торонто профессору Джону Маклеоду. Тот с нескрываемым скепсисом выслушал идеи Бантинга, но все же позволил молодому ученому воспользоваться факультетскими помещениями для экспериментальных работ вместе с лаборантом Ч. Бестом. В распоряжение Бантинга поступили также несколько собак, предназначавшихся для опытов.

В мае 1921 г. Бантинг и его «команда» приступили к научной работе. Результаты не заставили себя ждать – ​большая редкость в мире тогдашней науки! Уже в июле у животных, перенесших перевязку вывод­ного протока поджелудочной железы, был получен необходимый препарат клеток Лангерганса. Он был введен подопытной собаке с удаленной поджелудочной железой – ​и, как следствие, крайне высоким содержанием сахара.

Анализы крови после инъекции показали сильное снижение уровня глюкозы, а общее состояние животного заметно улучшилось. Спустя некоторое время содержание сахара вновь возросло до критических значений, и не получившая очередной дозы инсулина собака умерла. Последующие опыты показали, что с помощью нового препарата можно поддерживать жизнедеятельность животного с удаленной поджелудочной железой в течение двух с половиной недель.

Бантинг и Бест немедленно сообщили о своем открытии, и вскоре это известие широко распространилось в научных медицинских кругах, но праздновать еще было рано. Новое лекарство должно было быть опробовано на человеке.

Изобретение

Первоначально скептически настроенный профессор Маклеод теперь принял живейшее участие в работе над проектом Бантинга. К исследованию привлекли биохимика Джеймса Коллипа. Тогда же, в начале 1922 г., Бантинг предложил оригинальную идею – ​использовать для производства инсулина поджелудочные железы еще не родившихся телят, у которых инсулин уже вырабатывался, а пищеварительные ферменты – пока еще нет. Клинические испытания ученые предварили проверкой нового лекарства на себе – ​вся четверка сделала себе инъекции инсулина, убедившись в его безопасности. Первая «настоящая инъекция» была сделана в детской больнице Торонто 14-летнему Леонарду Томпсону, страдавшему тяжелой формой СД.

Как это всегда бывает, первый блин вышел комом – ​введение инсулина вызвало аллергическую реакцию, из-за чего процедуры пришлось временно прекратить. К счастью, Коллип быстро провел дополнительную очистку препарата, и следующие инъекции инсулина уже не вызывали негативных последствий. Было зафиксировано, что уровень глюкозы в крови после инъекции снижался до приемлемых цифр и у больного значительно улучшалось самочувствие.

Новость об успешном лечении диабета облетела весь мир, доставив ученым-изобретателям не только законное чувство гордости, но и немалую досаду. Дело в том, что ушлые газетчики уверяли читателей, будто бы «чудодейственное средство» совершенно излечивает диабет, а не просто нормализует состояние больного.

Но все же это было огромной победой над смертью, о чем свидетельствует история, произошедшая с одной из первых больных, сумевших спастись при помощи инсулина: американская девочка, у которой в возрасте десяти лет диагностировали СД, была буквально чудом спасена в последний момент самим Фредериком Бантингом.

Мать девочки, узнавшая о появлении нового лекарства, сумела связаться с изобретателем, который сразу согласился помочь ребенку: купить инсулин в первые месяцы после его появления было практически невозможно. Уже на подъезде к Торонто девочке стало хуже, она впала в диабетическую кому. Если бы не своевременное появление Бантинга в вагоне поезда, все могло бы закончиться плачевно. Но вышло все «как в кино» – ​доктор достал из саквояжа стерильный шприц и ввел девочке необходимую дозу инсулина. Вскоре она вышла из комы и прожила долгую жизнь, скончавшись в возрасте 72 лет.

Ну а Бантинг и его коллеги получили признание, награды и благодарность всего мира. Благородный ученый передал права на инсулин за условную цену в один доллар Университету Торонто. Вскоре этот препарат уже продавали по всему миру…

Над усовершенствованием форм инсулина работали и работают сегодня сотни ученых на всей планете. Его улучшали и продолжают улучшать по сей день. Для миллионов людей название этого лекарства стало синонимом слова «жизнь».

 

Подготовил Роман Меркулов